Гоголь Николай Васильевич
Гоголь Николай Васильевич
1809-1852

Навигация
Биография
Произведения
Краткие содержания
Рефераты
Сочинения
Фотографии


Реклама


Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (7)


"Жанрово-композиционное своеобразие поэмы Н. В. Гоголя «Мертвые души»"
Гоголь Николай Васильевич - Сочинения - "Жанрово-композиционное своеобразие поэмы Н. В. Гоголя «Мертвые души»"

 Н. В. Гоголь — выдающийся писатель критического реализма, продолжающий традиции А. С. Пушкина и углубляющий критическое отношение к современной действительности.
    Задумывались “Мертвые души” таким образом, чтобы в произведении “явилась” вся Русь. Естественно, что такой колоссальный замысел не укладывался в существующие жанровые рамки; композиционное строение тоже должно было стать чем-то особым.
    До сих пор вызывает споры жанровое определение, данное “Мертвым душам” Н. В. Гоголем. Известно, что на обложке первого издания книги на первом плане крупными буквами выступило слово “поэма”, затеняя даже само название. Какие ассоциации должны были возникнуть у современника в связи с этим?
    Во-первых, поэмой называли “Илиаду” и “Одиссею” — жанр, который Гоголь считал невозможным в послегомеровское время. Поэмой называли романтическое произведение байроновского или пушкинского типа. И наконец, слово “поэма” могло навести на мысль о великом творении Данте. Поэмой называли “Божественную комедию” В. Г. Белинский, А. Ф. Мерзляков и такой знаток итальянской литературы, как С. П. Шевырев.
    Сходство двух “поэм” не осталось не замеченным современниками. В первую очередь следует указать на трехчастное строение произведений, ведь “Мертвые души” задумывались автором именно так, по аналогии с “Адом”, “Чистилищем” и “Раем”, хотя замысел, к сожалению, и не был реализован до конца. Но в пределах этого сходства современные литературоведы находят и другие любопытные аналогии.
    Обратимся к первому тому “Мертвых душ”. В поэме Данте персонажи в первой части следуют в порядке возрастающей виновности. И чем больше в ней сознательного элемента, тем она выше. У Н. В. Гоголя такие пороки и преступления, как убийство, предательство, вообще исключены: “Герои мои вовсе не злодеи”. Но принцип расположения характеров в известной мере сохранен.
    С этой точки зрения легко можно объяснить тот факт, что Манилов открывает галерею помещиков. У Данте в преддверии Ада находятся те, кто не делал ни зла, ни добра. Действительно, этому соответствует описание Гоголем того рода людей, к которому относится Манилов: “...Люди так себе, ни то, ни се, ни в городе Богдан, ни в селе Селифан”. Следующие за Маниловым персонажи отличаются от него тем, что у них есть какая-то “страсть”, какой-то “задор”, хотя рано еще говорить о сознательном элементе. Впервые эта “вина” проявляется в Плюшкине: мы ясно видим, что он мог бы быть другим человеком. В связи с этим произносит автор такое “напутствие”: “Забирайте с собой в путь... все человеческие движения, не оставляйте их на дороге”.
    Во втором томе, как писал сам Н. В. Гоголь, “характеры значительнее прежних”. Действительно, здесь повышается элемент сознательности. Описание Бетрищева развивается на другом уровне, нежели характеристики помещиков, встретившихся читателю в первом томе. Недостатки в Бетрищеве перемешаны с достоинствами. Таким образом, разграничивая эти два понятия, автор дает читателю понять, что и сам герой это может сделать. Но не делает, и это повышает его вину.
    Не только Бетрищев, Тентетников, Платонов, Хлобуев, но даже Петух, легкомысленный чревоугодник, обнаруживают в себе задатки высоких качеств. Удивительно описание прогулки Петуха в лодке — оно все пропитано лиризмом, как сказал И. С. Тургенев, “потрясающим в одно время всю душу читателя”.
    Переход от первого тома ко второму осуществляется посредством образа Плюшкина: в связи с ним впервые всплывает луч света, впервые мы видим “церковь” в помещике, и впервые появляется мотив поиска — Плюшкин постоянно что-то ищет и поднимает.
    Аналогичным способом второй дом должен был стать переходным к третьему. Хотя проступки Чичикова становятся все тяжелее, все чаще просыпается в нем голос совести, который опять указывает на возможность другого пути. Недаром автор вкладывает в уста Муразова такие слова: “...какой бы из вас был человек, если бы так же, и силою и терпением, да подвизались бы на добрый труд, имея лучшую цель”.
    Возрождение должно было совершаться в третьем томе. Если бы это осуществилось, перед нами была бы заключительная стадия “истории души” современного русского человека, а именно — приобщение к истине.
    Наведение современников на мысль о дантевской поэме было предусмотрено автором и с другой и, пожалуй, главной целью. Данте считал себя избранным для того, чтобы сказать
Страницы: 1 2 3

Гоголь Николай Васильевич - Сочинения - "Жанрово-композиционное своеобразие поэмы Н. В. Гоголя «Мертвые души»"


Копирование материалов сайта не запрещено. Размещение ссылки при копировании приветствуется. © 2007-2011 Проект "Автор"